92ef63de

Теккерей Уильям Мейкпис - Ревекка И Ровена



Уильям Мейкпис Теккерей
Ревекка и Ровена
Роман о романе
Сочинение М. А. Титмарша
Глава I. Увертюра. Завязка действия
Дорогие читатели романов и вы, нежные патронессы беллетристики! Каждому
из вас наверняка часто казалось, что восхитившие нас книги имеют весьма
неудовлетворительные развязки и преждевременно обрываются на стр. 320
третьего тома. К тому времени, как известно, герою очень редко бывает за
тридцать, а героине, соответственно, лет на семь - восемь меньше; и я
спрашиваю вас: ну можно ли поверить, что после этого возраста в жизни людей
не происходит ничего достойного внимания; и что они кончают свое
существование, едва отъехав от церкви св. Георга на Гановер-сквер? Вы, милые
барышни, черпающие знание жизни из библиотечных томов, можете, пожалуй,
вообразить, что когда венчание свершилось, когда Эмилия села в новую
дорожную карету рядом с восхищенным графом, а Белинда, вырвавшись из слезных
объятий своей достойной матушки, осушила ясные глазки о бурно вздымающийся
жилет жениха - то на этом все и кончается: Эмилия и граф будут до конца
своих дней счастливы в романтическом северном замке его светлости; а Белинда
со своим молодым пастором будут вкушать непрерывное блаженство в увитом
розами приходском домике где-нибудь на западе Англии.
Но есть среди читателей романов люди пожилые, опытные и более
осведомленные. Есть среди них и такие, что сами были женаты и убедились, что
и после женитьбы приходится еще немало повидать, сделать, а быть может, и
перестрадать; и что все происшествия, и беды, и удачи, и налоги, и восходы,
и закаты, словом, все дела и горести и радости жизни идут своим чередом не
только до, но и после брачной церемонии.
Вот почему я утверждаю, что романист незаконно расправляется с героем,
героиней и неопытными читателями, когда прощается с первыми, когда они
становятся мужем и женой; и мне часто хотелось, чтобы ко всем романом,
которые обрываются вышеописанным способом, делались добавления и чтобы нам
сообщали, что сталось со степенным женатым человеком, а не только с пылким
холостяком; с матерью семейства; а не только со стыдливой девице. Тут я
отдаю дань восхищения (и хотел бы подражать) замечательному и плодовитому
французскому автору Александру Дюма, маркизу Дави де ла Пайетри, который
сопровождает своих героев от ранней юности до почтенной старости и не
оставляет их в покое вплоть до такого возраста, когда бедняги давно уже
заслужили отдых. Герой - слишком ценная личность, чтобы уходить в отставку в
расцвете молодости и сил; хотел бы я знать, кто из вас, милые дамы,
согласится выйти в тираж и никому не быть интересной только потому, что у
вас подрастают дети и вам уже тридцать пять? Я знавал шестидесятилетних дам
с теми же нежными сердцами и романтическими порывами, что и в шестнадцать
лет. Пусть же пусть молодежь знает, что и старшее поколение имеет право на
интерес; что у дамы по-прежнему есть сердце, хотя талия ее уже не та, что
была в пансионе; что у мужчины еще могут быть чувства, хоть он и заказывает
парик у Труффита.
Итак, я желал бы, чтобы жизнеописания наиболее прославленных персонажей
были продолжены компетентными авторами и чтобы мы могли наблюдать их хоть до
сколько-нибудь почтенного возраста. Возьмите героев мистера Джеймса: они
неизменно рано женятся. Возьмите героев мистера Диккенса: они исчезают со
сцены совсем зелеными юнцами. Я хотел бы надеяться, что упомянутые авторы,
которые еще здравствуют, поймут необходимость поведать нам побольше о людях,



Содержание раздела